Кто составляет рейтинги

Рейтинг самых честных брокеров бинарных опционов в 2020 году:
  • БИНАРИУМ
    БИНАРИУМ

    1 место в рейтинге! Гарантия честности и надежности брокера. Лучшие условия для новичков — бесплатное обучение и демо счет. Зарегистрируйтесь и получите бонус:

Как делаются рейтинги

Два-три раза в году медицинское сообщество бывает ошарашено: появился очередной рейтинг, характеризующий состояние медицины в стране, но понять, почему его результаты оказались именно такими, трудно. К тому же данные разных рейтингов противоречат друг другу.

Вероятно, самыми известными сегодня являются рейтинги, составленные негосударственными структурами – Институтом экономики здравоохранения Высшей школы экономики, Высшей школой организации и управления здравоохранением, фондом «Здоровье». Они публикуют сводные данные, а иногда и научные статьи с обоснованием используемых методов. Эти организации называют свои оценки независимыми и сообщают, что не получают денег за работу с рейтингами.

Существуют и официальные оценки, но они, как правило, не общедоступны. Главный, подробнейший рейтинг амбулаторного звена «Независимая оценка качества условий оказания услуг медицинскими организациями» в течение ряда лет ведет Центральный НИИ организации и информатизации здравоохранения (ЦНИИОИЗ) Минздрава России. Его данные учитывают и используют федеральные и региональные органы управления здравоохранением.

Портал Medvestnik.ru попытался выяснить, чем руководствуются составители рейтингов. Но методы их оценочной работы оказались настолько несхожими, что прямое сравнение результатов оказалось невозможным. Несравнимы даже оценки состояния дел в здравоохранении регионов. Тем более не удастся выстроить «рейтинг рейтингов». На этом поле не существует ни рынка, ни конкуренции: единственным заказчиком выступает государство, а исполнители не готовы предложить ему сопоставимые продукты своей работы. Не сложились единые критерии отбора данных и выстраивания систем оценки, не хватает исходных статистических и социологических данных: их тоже собирают, а затем проверяют в основном государственные органы.

Поэтому мы предпочли дать слово самим исследователям, предложив описать, чем отличаются их принципы работы от принципов коллег.

«Наши рейтинги ни на что ни влияют»

Лариса Попович, директор Института экономики здравоохранения ВШЭ

– Кто и зачем составляет рейтинги состояния здравоохранения? Учитывают ли их в системе здравоохранения?

– С системной точки зрения рейтинги – это инструмент либо информирования, либо управления. Они могут быть ориентированы на организаторов работы, тогда в их основу закладывают критерии, связанные с теми элементами, которые управленцы хотят улучшить.

В управленческих рейтингах есть четкая ориентация на целевые задачи государства. Например, важно повысить доступность медицинской помощи, снизив время доставки пациента до приемного отделения. Смотрим, каким оказывается это время в расчете на 100 км пути, кто отстает, кто лидер. Выясняем, почему так происходит и что нужно исправить. Есть международные управленческие рейтинги – сравнение стран по разным элементам организации помощи пациентам: например, смотрят, в каких странах врачи лучше объясняют пациентам ход лечения или как быстро попадает пациент к узкому специалисту. То же может делаться по регионам внутри страны, по медицинским учреждениям. Например, сейчас есть рейтинг вежливости регистратур, рейтинг доступности медпомощи.

Основным федеральным рейтингом управленческого характера является «Независимая оценка качества медицинской помощи», которая пока используется Министерством здравоохранения в основном в пиаровских целях. Формально она должна была стать управленческим рейтингом: здесь оцениваются и потребительские характеристики, и некоторые статистические данные. Но в результате здесь смешаны разные критерии, объективные и субъективные. Именно поэтому его сложно использовать для управления.

ТОП лучших брокеров бинарных опционов на русском языке:
  • БИНАРИУМ
    БИНАРИУМ

    1 место в рейтинге! Гарантия честности и надежности брокера. Лучшие условия для новичков — бесплатное обучение и демо счет. Зарегистрируйтесь и получите бонус:

Есть рейтинги, которые выстраивают партии, общественные организации, СМИ. У них свои цели. Например, рейтинг регионов фонда «Здоровье»: сравнивалось отличие между тем, что запланировано в программе развития субъекта РФ, и тем, что достигнуто. Получалось, что те, кто планировал улучшение показателей относительно достигнутых, оказались в конце, а те, кто запланировал достичь того, что уже достигнуто, – в лидерах. Конечно, с точки зрения методологии оценки это неудачный рейтинг. Но с точки зрения оценки честности планирования – есть что обсуждать Народному фронту.

А еще есть потребительские рейтинги, включающие критерии, которые значимы для пациентов. Например, в Англии самым популярным оказывается рейтинг чистоты туалетов в больницах или рейтинг готовности персонала больниц помогать с питанием, когда пациент не может обслужить себя самостоятельно.

В России с 2005–2006 гг. используется рейтинговая система Федеральной службы охраны (ФСО), касающаяся удовлетворенности населения жизнью в регионе, хотя ее материалы в последнее время не предаются огласке. Она основана на опросах населения. Президенту все время сообщают об уровне удовлетворенности – правда, учитывается не только здравоохранение, но сфера социальных услуг вообще. Рейтинг по здравоохранению ведется постоянно, и удовлетворенность никогда не бывает выше 40%. Этот рейтинг скорее политический, потому что нельзя оценивать медицинское учреждение по ответу на вопрос: «Удовлетворены вы или нет?» Непонятно, что стоит за этим словом: попал пациент к врачу, не попал, ждал, не ждал… Но оценка региону уже выставлена.

– Есть ли отличия в задачах и методах, которые ставят перед собой составители рейтингов?

– Главное в любом рейтинге – понимать, для кого он предназначен и чего вы хотите достичь с его помощью. Если, например, вы выстраиваете врачей по росту и платите им зарплату в зависимости от этого, самые маленькие начнут носить платформы, чтобы казаться выше. Если ранжируете сотрудников клиник по уровню вежливости, они станут вежливыми с проверяющими – конечно, если вы будете это чем-то подкреплять. Если не подкрепить, толку от рейтинга не будет – ну да, посмотрели на свои результаты, пять минут позора, и пошли дальше.

– Что означает сформулированная Институтом экономики здравоохранения ВШЭ задача «постепенной гармонизации рейтинговых оценок в системе здравоохранения с мировыми практиками»? Насколько велик разрыв между российскими и мировыми подходами?

– Первый критерий любого межстранового рейтинга – стандартизация по международным показателям. У нас никто по ним не стандартизирован. Поэтому мы изначально не входим в эти рейтинги.

В мире много критериев оценки медорганизаций – например, по оснащенности. Есть рейтинг оснащенности хирургических отделений определенного направления, например урологического. Первые 200 отделений непременно имеют такое-то оборудование, следующие могут иметь иное. Сюда же добавляется число квалифицированных врачей, в том числе сертифицированных, показатель смертности, сложность операций… В международных рейтингах множество позиций; можно выбрать клинику из определенной страны и узнать, например, на каком месте находится хирургическое или неврологическое отделение, выбрать, где лечиться.

Балльная оценка рейтинга зависит от критериев, которые задает потребитель. Например, ему важно, чтобы в палате был телевизор, могли находиться родственники. Главное, что внутри каждого потребительского рейтинга есть критерии, по которым человек сам может менять весовые коэффициенты.

Россию показывают на последних местах в рейтингах эффективности, уровня здоровья, например у Bloomberg, а в рейтинге ООН она на 119-м месте из 184 стран.

Даже по уровню финансирования мы для международной статистики даем только интегральные показатели, а в мире используют детальный анализ и по направлениям расходов, и по источникам, и по результативности. При такой разнице в методологии всегда можно опустить Россию в любом рейтинге. Мы готовы работать над синхронизацией и показать, что нужно сделать. Уже проанализировали, что необходимо поменять, чтобы хотя бы для самих себя понять, где на самом деле находится Россия с точки зрения результативности и эффективности здравоохранения, в чем она проваливается. Надеюсь, что эта работа пригодится Минздраву, если он захочет ею воспользоваться.

– На что влияют рейтинги? Сказываются ли они на финансировании, процессе реорганизации и так называемой оптимизации сети государственных медучреждений?

– К сожалению, наши рейтинги ни на что не влияют. Они должны были бы влиять, например, на выбор пациента, но не определены целевая задача рейтинга, фокусные группы, а следовательно, не выверена методика.

На финансирование медицинских организаций рейтинги влияют только отчасти: если в учреждение обратится больше пациентов, то, по идее, оно получит больше средств. В России принят принцип: деньги следуют за пациентом, больше пациентов – больше денег.

На перечислении регионам средств из Федерального фонда ОМС рейтинговые оценки не сказываются вообще, потому что основная его задача – выравнивать финансовые условия в регионах. Кроме того, в Бюджетном кодексе и нормативных документах ФОМС нет обусловленного финансирования по принципу: если дело идет хорошо, денег будет больше, если плохо – меньше. Сейчас пытаются внедрить эффективный контракт, но он не может быть оценен на основе рейтингов: здесь слишком много субъективных оценок.

Рейтинги не проводятся, когда оценивается финансовая рентабельность медорганизаций. Бывает великолепная маленькая больничка или родильный дом, который всем нравится, есть замечательные результаты, работают прекрасные медсестры, нет инфекций – но его закрывают, потому что рядом построен большой перинатальный центр, и никого не волнует результативность медицинской организации. К сожалению, у нас рейтинги – формальный, а не рабочий инструмент.

«Рейтинг – это инструмент работы губернаторов и правительства»

Николай Прохоренко, проректор Высшей школы организации и управления здравоохранением (ВШОУЗ)

– Какие рейтинговые исследования наиболее точно отражают ситуацию в здравоохранении по регионам России?

– В начале 2000-х годов начали появляться нормативные акты, которые должны были создать систему оценки показателей жизни людей и деятельности исполнительной власти в регионах. К 2009 году было сформулировано несколько сотен показателей по различным направлениям деятельности. По здравоохранению один из списков включал более 50 показателей, а расширенный перечень – около 150. Эти рейтинги и начальные таблички по регионам публиковало Минэкономразвития. Но после 2020 года все стало меняться. И оценка деятельности губернатора, по последнему нормативному акту, исходит всего из полутора десятков показателей. Из них к медицине относятся всего два, и то не прямо: уровень младенческой смертности и ожидаемая продолжительность жизни.

Самая большая беда большинства рейтингов – отсутствие нормальной статистики. К сожалению, сейчас в свободном доступе оказывается все меньше цифр: ФОМС и Минздрав не публикуют детальной отчетности. У нас и клиническая эпидемиология в загоне, и данные по оперативной деятельности здравоохранения за семью печатями. Вероятно, потому что можно сделать слишком много выводов… Безусловно, в Министерстве здравоохранения ведется подробная отчетность по форме № 30 (Сведения о медицинской организации – Прим. ред.), в системе ОМС собирают данные по всем регионам по форме № 62 (Сведения о реализации Программы государственных гарантий оказания гражданам РФ бесплатной медицинской помощи), но все эти данные тоже закрыты напрочь, посмотреть их экспертам невозможно. А будь эти данные в свободном доступе, выявилось бы, например, что больницы с одинаковым спектром оказываемых услуг и одинаковой численностью сотрудников могут тратить на единицу медицинской помощи средства, различающиеся почти кратно. Не удается найти подробных данных о льготном лекарственном обеспечении. Отдельные цифры есть, но чаще – проценты, а анализ по одним относительным показателям делать невозможно. Поэтому мы работаем с теми данными, которые публикует Росстат.

– В чем особенность ваших методов?

– В нашем понимании, рейтинг основан на аналитике, он должен содержать новое знание и быть экспертным продуктом, который отражает динамику нескольких показателей. По такому пути идет агентство Bloomberg. Оно исходит из того, что от здравоохранения зависит не все. В развитом обществе ожидаемая продолжительность жизни и ее динамика зависят от медицины на 10–15%, а в развивающихся странах с не слишком сильной, как у нас, инфраструктурой – процентов на 30–40. Другие факторы, от которых зависит продолжительность жизни, – объем средств, направляемых в здравоохранение, общее социально-экономическое благополучие, экология и факторы риска. Ожидаемая продолжительность жизни стала интегральным показателем, а его зависимость от различных факторов агентство учитывает по финансированию систем здравоохранения, доле валового продукта на душу населения и распространенности вредных привычек – алкоголя и курения.

Мы несколько адаптировали этот подход: взяли ВРП как один из показателей, объем средств, которые тратятся в системе здравоохранения каждого региона в расчете на душу населения, влияние алкоголя и ожидаемую продолжительность жизни. Такой подход позволяет судить, как деньги, которые направлены или потенциально могли быть направлены в здравоохранение, превращаются в показатели ожидаемой продолжительности жизни и каким образом на нее может влиять алкоголь – основной фактор риска.

Когда мы выясняем удовлетворенность населения качеством медицинской помощи, наш опросник занимает семь страниц, в нем больше 60 вопросов. Например, удовлетворен ли человек санитарно-эпидемическим состоянием больниц, а дальше спрашиваем о чистоте и качестве уборки палат, отделений, смене белья, наличии бумаги в туалете, раковины, сушилки для рук или салфеток, о том, протирают ли ручки и перила. Тогда человек вполне понимает, чего от него хотят. И есть другие опросы, очень краткие, проводимые ФСО: доволен человек или нет. Они ложатся в основу официальной оценки удовлетворенности. Это дает возможность руководству страны понять общую динамику изменений в отрасли по регионам. Глобальный вопрос о медицине, глобальный о дорогах, о ЖКХ – и сразу видно, не происходит ли по всем вопросам опасного смещения ситуации и надо ли воздействовать на губернатора. Но сказать, например, о качестве санитарно-эпидемиологической работы с таким опросником ничего нельзя.

Мы пытаемся адаптировать к России методику Bloomberg. У коллег другие подходы: берутся, например, экономические показатели. Трудно сравнивать эти рейтинги – они просто разные. Но на основе всех рейтингов экспертное сообщество должно прийти к пониманию того, что действительно является главным, как выстроена система ключевых показателей – и сделать экспертное предложение о мониторинге определенных параметров, которые дают представление о деятельности здравоохранения. Гарантией чистоты рейтинга должна быть совместная работа нескольких экспертных групп.

– Учитывают ли результаты рейтингов минздравы регионов?

– Наш рейтинг неофициальный, но это хорошее подспорье для губернаторов, чтобы с иной точки зрения посмотреть на деятельность своих министров здравоохранения и оценить свою деятельность, потому что некоторые богатые регионы выделяют на здравоохранение в расчете на душу населения меньше средств, чем бедные. Может быть, у какого-то губернатора при просмотре рейтинга что-то шевельнется: если более бедная область выделяет на медицину больше средств, надо и нам добавить! Он вызовет министра, и тот предложит, например, помочь первичному звену и расширить программу льготного обеспечения лекарствами.

– Такое действительно было?

– Да. Я не могу назвать регионы, но мы встречаемся с губернаторами, и в ряде случаев приватные беседы с участием министров здравоохранения заканчивались поручениями: «Посчитай мне, что там надо, может, наскребем».

Руководитель ВШОУЗ Гузель Улумбекова на вопросы губернаторов: «Как же так, мы оказались ниже, неужели ничего нельзя сделать?» всегда отвечает: «Сделать можно, но не исправлением рейтинга, а работой; мы можем приехать и рассказать, как».

– Влияют ли рейтинги на методы управления в здравоохранении?

– Самая большая беда в том, что у нас слабые управленцы, об этом говорят все: управление подчинено отчетности и выполнению требований, поступающих «сверху». Если «наверху» обеспокоились какой-то сферой, все силы кидают на нее, а те, за которые не спрашивают каждый день, начинают «тухнуть» и через год-другой становятся проблемными. Вот у нас выросла продолжительность жизни, но со смертностью трудоспособного населения, прежде всего с предотвратимыми смертями, у нас беда: ожидаемая продолжительность жизни трудоспособного населения совершенно не изменилась. Нужно менять парадигму управления, смотреть на систему целиком.

Рейтинг – это инструмент работы губернатора и правительства. А министру здравоохранения рейтинг нужен для обоснования связи плохого социально-экономического положения и недостаточного выделения средств на его сферу. Если Минздрав не использует такую возможность, это, по большому счету, его проблема.

«Охватить всю Россию под силу только крупному институту»

Юлия Михайлова, первый заместитель директора ЦНИИОИЗ

– Ваш рейтинг составляется для Минздрава – что это значит на практике?

– Рейтинг медорганизаций имеет значение только в том случае, если он базируется на независимой оценке качества и доступности медицинской помощи. Сегодня этот официальный рейтинг касается только амбулаторного сектора. Независимая оценка выполняется ежегодно в течение последних пяти лет в соответствии с постановлением Правительства РФ и приказом Минздрава, согласно которому проводить ее поручено нашему институту.

Сплошным методом мы охватываем всю Россию: более 3600 учреждений оцениваются по 29 параметрам, которые характеризуют, во-первых, ресурсную базу первичного звена (в том числе кадровую), материально-техническое оснащение, лечебно-диагностический процесс и результативность медорганизаций. Оценка ориентирована и на выявление рака I и II стадий. Во-вторых, это вопросы смертности, в том числе число умерших на дому и умерших от сердечно-сосудистых заболеваний граждан трудоспособного возраста. И в-третьих – вопросы диспансеризации и ее оценки. Кроме того, учитывается наличие жалоб. В целом получается более миллиона взаимодействующих значений, которые анализируются в автоматизированном режиме. Важно, что каждому показателю экспертным путем был присвоен «весовой коэффициент», т.е. его значимость, что и позволяет оценивать деятельность амбулаторных учреждений в целом.

Рейтинг не публикуется, эта информация собирается для принятия решений на уровне министра здравоохранения России и региональных министров.

– Насколько достоверны данные, которые вы получаете от медучреждений?

– Мы работаем только с абсолютными показателями – в этом случае соврать трудно. Например, учитывается число умерших трудоспособного возраста, выявленных случаев рака. Кроме того, мы создали шестиступенчатую систему контроля достоверности данных, которой нет у составителей известных нам других рейтингов. Не зря говорят, что есть маленькая ложь, большая ложь и статистика. Когда мы только начали заниматься независимой оценкой, то обалдели, увидев, как легко соврать: иногда просто не поставив запятую.

То же касается рейтингов территорий – их начали составлять еще при президенте Борисе Ельцине: в многочисленные показатели для оценки губернаторов включались и вопросы здравоохранения. Представить в тот период недостоверные данные было очень легко. Минздрав дал нам целый год на отработку системы оценки достоверности данных. Это было одной из самых трудных задач. Сегодня наши сотрудники, которые занимаются проверкой информации, сразу видят недостоверные данные, понимают, что так не может быть. Мы связываемся со специалистами, которые прислали цифры, они извиняются и присылают уже исправленные.

– Независимая оценка и рейтинг, которыми вы занимаетесь, – это фактически госзаказ?

– Да. Оценка независимая, так как ни одна медицинская организация не находится в нашем подчинении. Сейчас мы планируем подать заявку в Минздрав на проведение независимой оценки качества онкологической помощи и деятельности учреждений онкологического профиля.

В первые два года оценки амбулаторных учреждений нас критиковали справа и слева, обвиняя в необъективности. Сегодня уже никто не критикует, потому что мы подключили к оценке объективности показателей специалистов разных уровней, в том числе участковых врачей, специалистов по информатике, статистике, экономистов, профессиональные ассоциации – и сообща выработали критерии.

– Оцениваете ли вы работу негосударственных клиник?

– Нет. Ассоциация частных клиник была за рейтинг, но сами частные учреждения не согласились – видимо, боятся, что при негативной оценке к ним не пойдут пациенты, это угрожает их доходам. Частные структуры были готовы к участию только в том случае, если мы поверим на слово их информации, т.е. будем принимать присылаемые данные без проверки и уточнения.

– Следите ли вы за другими, негосударственными, рейтингами в здравоохранении, согласны ли с их методиками?

– В 2020 году постановлением правительства работа по оценке и формированию рейтингов была отдана Высшей школе экономики, однако впоследствии передана нашему институту. Возможно, это связано с тем, что там не было необходимого числа сотрудников медицинского профиля. Отношусь к коллегам с большим уважением, но их Институт здравоохранения в составе ВШЭ – слишком маленький для такой масштабной работы. Наверное, охватить всю Россию под силу только крупному профильному институту. Кроме того, ЦНИИОИЗ – головная организация для региональных Медицинских информационно-аналитических центров (МИАЦ).

– Влияют ли рейтинговые оценки на систему управления здравоохранением?

– Мы даем объективную информацию для принятия решений, что позволяет министерству изнутри видеть все здравоохранение России через призму первичного сектора. Также каждый региональный министр может получать толстенную папку с анализом хорошего и плохого в его области по амбулаторной помощи.

Некоторые регионы, в том числе Московская область, проводят более глубокую оценку первичного здравоохранения. Результаты региональный министр использует при заключении контрактов с главными врачами.

Важно, что наши результаты могут быть использованы в федеральной программе по онкологии.

– Вы работаете с амбулаторным звеном. Возьметесь ли и за оценку госпитального?

– Пока мы будем предлагать Минздраву оценку онкологической службы. А уже потом – стационаров. Это очень трудоемкая работа.

Как считают официальный рейтинг президента?

Почти каждый день ВЦИОМ и ему подобные «институты по изучению общественного мнения» кормят нас данными о космических рейтингах президента РФ. Раньше такие цифры публиковались пару-тройку раз в год, а теперь вот непрерывно. Видимо, чтобы сомнения развеивались ещё до того, как успевали образоваться. Всё-таки далеко не все процессы в стране позитивные, а на упоминание термина «стабильность», избранного населением на последних президентских выборах в качестве главной цели, в официальных СМИ наложено строгое табу.

На НЛ уже как 8 лет проводятся опросы, результаты которых можно сравнить с официальными. Здесь всё считается автоматически, за прозрачность процедуры подсчёта отдуваться не приходится. Поэтому предлагаю аудитории портала краткий обзор здешних опросов за два периода. Вот что показывали опросы 2-3 года назад:

За президентский вариант в опросе «Какому институту ветви власти вы доверяете?» от 22.02.2020 проголосовало всего 2%. А из почти 7000 пользователей, принявших участие в опросе от 13.10.2020 «Кого бы Вы хотели видеть следующим президентом России?», за Путина высказались только 10%. Оказались рады возвращению Путина в опросе от 07.05.2020 только 15% из почти трёх тысяч проголосовавших. За несколько дней до третьей инаугурации признали Путина легитимным президентом опять же порядка 10% респондентов.

А вот данные свежих опросов, в которых позиции действующего президента существенно укрепились и вышли на уровень до 30%, но не выше. Например: «А вы бы хотели, чтобы Путин был президентом пожизненно?» (05.01.2020), «Есть ли у России шанс на обновление с Путиным?» (вчера).

Но вот в опросе «Есть ли смысл задавать вопросы президенту?» (1.04.2020) уровень доверия к президенту вновь упал до отметки в 10%. Напрашивающийся вопрос: «за кого он/они нас держат?» публично обсуждать вряд ли пропустят:) Поэтому ограничимся сугубо нейтральным:

Как по-вашему считают официальный рейтинг президента?

Для чего нужны рейтинги?

«Бухгалтерия и банки», 2005, N 10

Глубина вопроса

Разного рода рейтинги в отечественной коммерческой практике составляются и используются уже достаточно продолжительный период, чтобы сделать определенные выводы. Что же они собой представляют, какую полезную информацию можно извлечь из рейтинговой таблицы?

Основой для подготовки и проведения рейтинговых расчетов являются данные бухгалтерской отчетности. Однако не стоит забывать о том, что нынешняя российская бухгалтерская отчетность несовершенна. Кроме того, в российской практике, за исключением банковской сферы, практически отсутствует официальная финансовая отчетность, соответствующей нормативной базы также не существует. Вместе с тем нельзя согласиться с категоричными утверждениями, что российская бухгалтерская отчетность абсолютно недостоверна и на ее основе невозможно делать какие-либо практические выводы.

Существующие недостатки отчетности связаны, по нашему мнению, в большей степени с применяемыми способами и методами оценки отчетных статей и в гораздо меньшей степени — с ее структурой. При всех имеющихся недостатках российской бухгалтерской отчетности это то, что мы имеем на сегодняшний день, и то, с чем мы можем и должны работать.

Итак, помимо государственных органов: Федеральной налоговой службы, Федеральной службы государственной статистики (Росстата), Федерального агентства по управлению федеральным имуществом (Росимущества) — наиболее последовательными и заинтересованными пользователями бухгалтерской отчетности являются рейтинговые агентства.

Какие же услуги оказывают рейтинговые агентства? Для ответа на этот вопрос мы воспользуемся информацией, размещенной в Интернете на соответствующих официальных сайтах рейтинговых агентств, актуальной на момент написания данной статьи.

Одно из наиболее известных российских рейтинговых агентств — рейтинговое агентство «Эксперт РА» было создано в 1997 г. деловым журналом «Эксперт». В качестве стратегической цели агентства декларируется оказание всесторонней информационно-аналитической поддержки компаниям, работающим на российском рынке.

Информационно-аналитические продукты агентства представляют собой рейтинги, подготовленные агентством и используемые в работе российских банков, производственных, финансовых и торговых компаний, федеральных и региональных органов управления, а также бизнес-справочники, базы данных, тематические обзоры и рейтинги, исследования по индивидуальному заказу.

Еще одно известное универсальное рейтинговое агентство — Moody’s Interfax Rating Agency, предоставляющее полный спектр рейтинговых услуг для всех секторов экономики. Агентство, изначально созданное в 1997 г. как «Рейтинговое агентство «Интерфакс», в октябре 2001 г. заключило соглашение о стратегическом сотрудничестве с мировым лидером рейтингового бизнеса агентством Moody’s Investors Service, а в ноябре 2003 г. Moody’s вошло в число акционеров российского агентства, купив около 20% его акций. Это дает возможность готовить как национальные, так и международные кредитные рейтинги с использованием технологий и международного авторитета Moody’s Investors Service.

К направлениям деятельности Moody’s Interfax Rating Agency относятся присвоение кредитных рейтингов, работа с финансовыми институтами (банками, страховыми компаниями, предприятиями нефинансового сектора, региональными и муниципальными администрациями), индикация кредитных рейтингов, оценка качества корпоративного управления, аналитические исследования.

Как указано на сайте, методика определения кредитного рейтинга Moody’s Interfax Rating Agency основана на проверенных временем подходах, используемых агентством Moody’s и адаптированных специалистами агентства для российских правовых, экономических условий и традиций ведения бизнеса.

И наконец, отметим еще одного крупного игрока, оперирующего на российском рынке информационно-рейтинговых услуг, — компанию Dun and Bradstreet, которая в России присутствует в лице двух своих дочерних фирм: «Дан энд Брэдстрит СНГ» и «Дан энд Брэдстрит Норд».

По утверждению «Дан энд Брэдстрит СНГ», формат раскрытия информации в базе данных — D&B Business Information Report (бизнес-справка) — является общепризнанным в мировом деловом сообществе и призван максимально облегчить пользователю задачу оценки финансового состояния и кредитоспособности потенциального партнера. При наличии необходимого количества информации бизнес-справка содержит рейтинг состояния компании, рассчитанный по уникальной технологии Dun and Bradstreet.

Отметим, что это единственная компания, поместившая на своем сайте информацию о числе российских компаний, отчетами которых она располагает. Так, если глобальная компьютерная база данных Dun and Bradstreet содержит систематизированную информацию по 75 миллионам хозяйствующих субъектов в более чем 200 странах мира, то российский раздел составляет порядка 30 тыс. компаний и пополняется ежегодно 5 — 6 тыс. новых компаний. Много это или мало?

Согласно данным, содержащимся на официальном сайте Федеральной налоговой службы РФ, по состоянию на 1 января 2004 г. в России было зарегистрировано 3 602 017 юридических лиц, созданных в соответствии с законодательством Российской Федерации и состоящих на учете в налоговых органах по месту своего нахождения. Даже если предположить, что не все зарегистрированные юридические лица реально осуществляют хозяйственную деятельность, все равно разрыв между российской базой этой в высшей степени достойной и уважаемой рейтинговой компании и числом пока не охваченных ее вниманием российских предприятий и организаций довольно велик. Кроме того, следует учитывать, что эти данные уже изрядно устарели и вряд ли зарегистрированных в России юридических лиц стало меньше.

Таким образом, совершенно очевидным становится один из основных недостатков информации, подготовленной всеми без исключения рейтинговыми компаниями, — это сравнительно невысокая репрезентативность данных, связанная с весьма ограниченным объемом выборки. Ограниченный объем выборки объясняется тем, что рейтинговые агентства работают только с теми компаниями, которые добровольно представляют рейтинговым агентствам свои отчеты.

Впрочем, с точки зрения рейтингового агентства недостаток репрезентативности является весьма относительным, поскольку перед агентством в принципе не ставится задача охватить в короткий срок своими исследованиями все предприятия или их большую часть. Выполняемые рейтинговыми агентствами функции не являются чисто информационными, а в значительной степени имеют рекламный характер, что вполне устраивает и рейтинговые агентства, и их клиентов.

Кто кого уникальнее?

Пойдем далее. Рейтинговые компании, как правило, упоминают об уникальности своих информационных продуктов и информационных технологий. Ничего не имеем против наличия в той или иной рейтинговой компании своих уникальных наработок, тем не менее хочется отметить, что наличие фирменных уникальных наработок означает, что эти наработки являются ноу-хау агентства и оно ни при каких обстоятельствах не раскроет их третьим лицам, в том числе и пользователям информации, подготовленной агентством.

Работа с отчетом, представленным в рейтинговое агентство, включает в себя проведение предварительной обработки отчетных данных, их анализ и подготовку рейтинга. Вследствие использования ноу-хау существенная часть этого процесса будет совершенно закрыта для постороннего наблюдателя. Это означает, что, желая получить тот или иной продукт рейтингового агентства, мы всякий раз будем вынуждены обращаться к агентству, поскольку полностью вся технологическая цепочка его получения нам неизвестна. Это также вынуждает клиента целиком и полностью полагаться на авторитет рейтингового агентства, так как сам он не в состоянии каким-либо образом перепроверить полученные данные.

Исходя из собственной практики, можем смело утверждать, что при рассмотрении кредитной заявки банковские аналитики в первую очередь обращают внимание не устойчивость финансового положения претендента, во вторую очередь — на наличие надежного обеспечения (как правило, это залог имущества), в третью очередь — на бизнес-план (т.е. четкое понимание у клиента, на что ему нужен кредит и как он будет его использовать). Наличие рейтинга не является определяющим. Ну а если он есть, то, конечно, пусть будет.

Единообразие форм

Рейтинговые агентства просят присылать им отчеты по установленной самими же рейтинговыми агентствами форме. С чем это связано? С тем, что существующие отчетные формы не слишком удобны для обработки, которая в значительной степени компьютеризирована. Но предъявляется ли это требование только в России и к российским компаниям?

Нет, потому что МСФО 1 «Представление финансовой отчетности» не предписывает порядок или формат, в котором статьи должны быть указаны в бухгалтерском балансе, а приводит перечень статей, которые настолько различны по своему характеру или функциям, что заслуживают раздельного представления в балансе. Также отмечается, что линейные статьи, перечисленные в стандарте, являются широкими по характеру и не обязательно должны ограничиваться статьями, подпадающими под сферу действия других стандартов. Суждение о необходимости представления дополнительных отчетных статей выносится руководством компании на основании своих субъективных оценок, основанных на положениях международных стандартов финансовой отчетности.

В отношении отчета о прибылях и убытках также говорится, что дополнительные линейные статьи, заголовки и промежуточные суммы должны представляться в отчете о прибылях и убытках, когда этого требует тот или иной международный стандарт финансовой отчетности или когда такое представление необходимо для достоверного отражения финансовых результатов деятельности компании.

Следует также отметить, что в соответствии с МСФО допустимо представление отчета о прибылях и убытках в двух вариантах: по характеру доходов и расходов или по их функции в рамках компании. На практике отчеты о прибылях и убытках — сочетание первого и второго вариантов, что, с одной стороны, возможно, делает отчетность более информативной, но, с другой стороны, еще более запутывает ситуацию с сопоставимостью отчетности различных компаний.

Если добавить к этому, что отчеты о движении денежных средств также могут составляться в двух альтернативных вариантах, т.е. прямым или косвенным методом, то возникающее разнообразие отчетных форм делает проблематичным их прямое сопоставление. Действительно, практика изучения отчетов компаний, зарегистрированных в различных странах Европы, показывает, что при общем соответствии требованиям международных стандартов финансовой отчетности в деталях отчеты весьма и весьма различаются.

Наконец, всякая финансовая отчетность, составляемая в Европе, основывается в первую очередь на национальных нормативных актах в области бухгалтерского учета, во вторую — на национальных стандартах финансовой отчетности и в третью — на международных стандартах финансовой отчетности. Это четко следует из любого опубликованного годового финансового отчета.

Таким образом, любая отчетность должна подвергаться дополнительной предварительной обработке в целях приведения ее данных в вид, сопоставимый с отчетами других компаний.

Все вышеизложенное в равной степени относится и к отчетности, подготовленной в соответствии с GAAP.

О какой объективности идет речь?

Подводя промежуточный итог, можно с уверенностью сказать, что если мы хотим оценить финансовое положение компании относительно других российских компаний аналогичного профиля, то объективного ответа от рейтингового агентства мы, скорее всего, не получим вследствие отсутствия необходимой и доступной по репрезентативности базы сравнения.

Также можно сделать вывод о том, что рейтинговые агентства работают по закрытой технологии, при использовании которой на входе — отчетные данные, на выходе в качестве основного продукта — рейтинг, а все аналитические процедуры производятся исключительно внутри рейтингового агентства без какого-либо участия в этом процессе заинтересованного предприятия.

На вопрос, почему компании присвоен тот или иной рейтинг, мы, скорее всего, получим ответ: «Потому, что мы так считаем». Если мы спросим: «Почему вы так считаете?», то получим ответ: «Это наше ноу-хау, поэтому никаких подробностей».

«А вот это интересно. «

Несколько в ином направлении действует Robert Morris Associates — национальная ассоциация банковских кредитных специалистов, изменившая в 2000 г. свое название на RMA — The Risk Management Association. По имеющейся у нас информации, на российском рынке информационно-рейтинговых услуг ассоциация пока не представлена. Однако принцип ее работы является, с нашей точки зрения, наиболее интересным.

Издания этой фирмы — «Анализы годовых отчетов» — широко используются банками, инвесторами, собственниками и деловыми партнерами компаний. Анализ отчетов производится в отраслевом разрезе.

В самой верхней части «Анализа годовых отчетов» указываются тип и число отчетов, включенных в каждую группу. Далее идет анализ балансов на основе относительных величин (коэффициентов) .

Томас П. Карлин, Альберт Р. Макмин. Анализ финансовых отчетов (на основе GAAP). М.: Инфра-М, 2001. С. 299.

Активы представлены в виде процентов от совокупных активов; обязательства и собственный капитал — в виде процентов от суммы пассивов. Пользователи выбирают показатели, которые они хотят изучить. Классификация счетов в таблице RMA укрупнена по сравнению с обычной многостраничной таблицей, которой пользуются кредиторы. Поэтому для проведения детального анализа каждой позиции аналитику может потребоваться развернуть показатели фирмы.

Нижние две трети отчета RMA состоят из перечня коэффициентов. Каждый коэффициент представлен тремя значениями. Среднее число — это медиана (усредненное значение) для всех компаний. Верхнее число — это медиана для лучшей половины всех компаний. Нижнее число — это медиана для худшей половины. Названные три медианы ведут к образованию четырех четвертей. Первая четверть фирм имеет коэффициенты выше верхнего числа; фирмы во второй четверти имеют коэффициенты между верхним и средним значением; коэффициенты фирм в третьей четверти расположены между срединной и нижней величинами; фирмы в четвертой четверти имеют коэффициенты меньше самого нижнего значения. Это означает, что лишь 50% компаний имеют коэффициенты в пределах между верхним и нижним значениями.

Как видим, в данном случае в выборку попадают и не самые успешные в финансовом отношении компании, что делает информацию, подготовленную RMA, более объективной и сопоставимой.

Однако и в этом случае зачастую действует ограничение по выборке, поскольку предоставление отчетной информации производится на добровольной основе. Не всегда удается получить данные от необходимого количества компаний (как правило, более десяти), чтобы обеспечить статистически значимые средние данные. Влияние на отчетные данные оказывает также многопрофильность отчитывающихся компаний. Поэтому полученные данные рекомендуется использовать исключительно в качестве общего ориентира, а не абсолютной отраслевой нормы.

Следует также отметить, что среднеотраслевые значения экономических коэффициентов могут весьма различаться в зависимости от особенностей отрасли, а также за тот или иной отчетный год вследствие изменения экономической ситуации.

Ни один метод анализа сам по себе не может дать полную финансовую картину компании. Сказанное особенно относится к коэффициентам. Они представляют собой относительные величины, которые приобретают смысл лишь в сочетании с другими показателями.

Используемые для аналитических целей коэффициенты разделены на три основные группы: коэффициенты ликвидности, коэффициенты привлечения средств и коэффициенты прибыльности.

Несомненным достоинством данных коэффициентов является то, что они общепризнанны, порядок их расчета общедоступен.

В результате, сопоставляя отдельные компании на основе тех или иных таблиц в издании RMA, можно легко обнаружить, какие статьи баланса или отчетов о доходах выпадают из общего ряда.

RMA располагает полученные значения коэффициентов таким образом, чтобы лучшие фирмы находились в верхней четверти.

Используемое RMA представление информации более понятно и наглядно, чем рейтинговые значения, число градаций которых может превышать два десятка, и откуда что взялось, мы никогда точно не узнаем.

При этом предприятие самостоятельно рассчитывает значения своих индивидуальных коэффициентов, которые затем сравнивает со значениями, приведенными в отчетах RMA. Следовательно, предприятие является активным участником аналитического процесса. Как мы видим, изложенная ситуация тем самым кардинально отличается от ситуации с рейтинговым агентством.

Подходы к построению рейтингов

Таким образом, к построению рейтингов практикуются два основных подхода:

  1. с использованием «уникальных» разработок исключительно внутри рейтинговой компании, когда на входе отчетность, а на выходе рейтинг. Как это было получено, пользователю знать необязательно;
  2. с использованием широкодоступных и общепризнанных аналитических формул, где основная нагрузка связана с подготовкой репрезентативной базы сравнения. Место в рейтинге конкретной компании вполне может быть определено ею самой или пользователями ее отчетности на основе соответствующих отчетных данных.

Особые условия для российской отчетности

Теперь вернемся к российской отчетности. Существующая российская бухгалтерская отчетность имеет довольно четкую структуру, что объясняется использованием ее Росстатом, а также требованиями применяемых в Росстате средств автоматизации обработки этой отчетности.

В частности, прилагаемыми к Приказу Минфина от 22 июля 2003 г. N 67н «О формах бухгалтерской отчетности организаций» Указаниями «О порядке составления и представления бухгалтерской отчетности» предприятиям и организациям настоятельно рекомендовано при разработке формы бухгалтерского баланса (форма N 1) применять коды итоговых строк и коды строк разделов и групп статей бухгалтерского баланса (форма N 1), приведенных в образце его формы.

А совместным Приказом Государственного комитета РФ по статистике N 475, Министерства финансов РФ N 102н от 14 ноября 2003 г. «О кодах показателей годовой бухгалтерской отчетности организаций, данные по которым подлежат обработке в органах государственной статистики» прямо предписаны коды показателей годовой бухгалтерской отчетности организаций, данные по которым подлежат обработке в органах государственной статистики. Указанные коды применяются организациями, являющимися по законодательству Российской Федерации юридическими лицами (кроме кредитных организаций, страховых организаций и бюджетных учреждений).

Это создает условия для широкомасштабного использования данных российской бухгалтерской отчетности для автоматизированной компьютерной обработки, в том числе и при проведении аналитических процедур.

Сроки сдачи российской бухгалтерской отчетности жестко закреплены в ст. 15 «Адреса и сроки представления бухгалтерской отчетности» Федерального закона от 21 ноября 1996 г. N 129-ФЗ «О бухгалтерском учете», в соответствии с которой организации, за исключением бюджетных и общественных организаций (объединений), обязаны представлять квартальную бухгалтерскую отчетность в течение 30 дней по окончании квартала, а годовую — в течение 90 дней по окончании года, если иное не предусмотрено законодательством Российской Федерации.

Представляемая годовая бухгалтерская отчетность должна быть утверждена в порядке, установленном учредительными документами организации.

Несмотря на некоторую неоднозначность понимания различными государственными органами формулировок, связанных с утверждением годовых отчетов, содержащихся в текстах Федеральных законов «Об акционерных обществах» и «Об обществах с ограниченной ответственностью», большинство юридических лиц представляет в Росстат и ФНС России свои отчеты, хотя бы и в предварительном виде, до апреля года, следующего за отчетным.

То есть необходимая для анализа информация во втором квартале года, следующего за отчетным, уже имеется в достаточном количестве.

Если вести речь не о работе финансовых аналитиков рейтинговых агентств, на чей хлеб мы и не думаем покушаться, а о доступности финансового анализа и о широком использовании его хотя бы на начальном уровне в практической работе предприятий и организаций, то в настоящее время это возможно исключительно на уровне отдельного предприятия, без возможности какого-либо объективного сопоставления на уровне отраслевом или территориальном. А расчеты абсолютных значений каких-либо индивидуальных экономических коэффициентов без их сопоставления со среднеотраслевыми и групповыми не имеют экономического смысла.

Тот же коэффициент текущей ликвидности может иметь существенно различающиеся оптимальные значения в зависимости от отрасли, группы предприятий, от отчетного года.

Еще одно узкое место

Росстатом и ФНС России в настоящее время накоплены огромные информационные массивы с бухгалтерской отчетной информацией, которая используется преимущественно для внутриведомственных целей.

В связи с этим можно было бы предложить использовать все полученные Росстатом или ФНС России данные бухгалтерской отчетности для проведения финансового анализа с использованием экономических коэффициентов для последующей группировки полученных результатов по отраслевому признаку, по объему операций, величине активов, прибыльности организации, с тем чтобы каждая компания могла найти для себя базу сравнения и определить, насколько ее результаты отличаются от средних (лучших, худших) как в масштабах всей страны, так и в регионе.

Вопросов, связанных с нарушением коммерческой тайны, при этом возникнуть не должно, так как конкретная отчетная информация по тем или иным юридическим лицам для широкого использования предоставляться не будет. Будут использованы только результаты ее аналитической обработки, анонимно и обобщенно.

Прорыв в будущее

Потенциальными преимуществами использования информационных баз Росстата или ФНС России явились бы:

  1. беспрецедентная репрезентативность использованных в расчетах данных, так как в выборку попадают абсолютно все сдающие отчетность предприятия и организации, а не только те, которые попали в выборку рейтингового агентства или изъявили желание прислать свою отчетность;
  2. оперативность, так как отчеты за предыдущий год в Госкомстат поступают не позднее апреля (в США справочники готовы только через год после отчетной даты);
  3. широкое вовлечение предприятий в проведение финансового анализа, возможность для любого предприятия самостоятельного расчета своих индивидуальных экономических коэффициентов по общепризнанным и общеизвестным формулам с последующим сравнением с коэффициентами, рассчитанными по отраслям и группам компаний.

Пользователями и подписчиками справочников, содержащих результаты анализа годовых отчетов российских предприятий и организаций, содержащихся в информационных базах Росстата и ФНС России, в перспективе могли бы быть:

  • банки, в том числе и зарубежные;
  • инвесторы, в том числе и зарубежные;
  • акционеры;
  • менеджмент компаний;
  • деловые партнеры российских предприятий, в том числе и зарубежные.

Работу такого масштаба можно было бы осуществить в Национальном рейтинговом бюро, имеющем организационно-правовую форму открытого акционерного общества или даже федерального государственного унитарного предприятия.

Считаем необходимым и в последующем сохранять унификацию статей отчетности, в том числе и подготовленную по МСФО, чтобы облегчить ее автоматизированную обработку. Не видим никакого противоречия между четкой структурированностью и унифицированностью национальной отчетности и требованиями международных стандартов финансовой отчетности.

Все последующие изменения в существующей отчетности необходимо делать с учетом повышения ее информативности в целях проведения финансового анализа.

Брокеры бинарных опционов, дающие бонусы за регистрацию:
  • БИНАРИУМ
    БИНАРИУМ

    1 место в рейтинге! Гарантия честности и надежности брокера. Лучшие условия для новичков — бесплатное обучение и демо счет. Зарегистрируйтесь и получите бонус:

Добавить комментарий